За несколько месяцев до школьного благотворительного бала в воздухе уже витало странное напряжение. Оно копилось исподволь, в разговорах на школьном пороге, в многозначительных паузах на родительских собраниях, в слишком пристальных взглядах, которыми обменивались взрослые, пока их дети резвились на площадке. Пять, казалось бы, обычных семей, чьи пятиклассники делили один кабинет и общие секреты, были связаны невидимой нитью, которая с каждым днем натягивалась все туже.
Семья Ивановых, новые люди в районе, держалась особняком. Их сын, тихий мальчик с серьезными глазами, никогда не приглашал одноклассников в гости. Родители говорили о переезде из-за работы отца, но в их историях проскальзывали неувязки. Петровы, напротив, были душой местного общества. Их дом всегда был полон гостей, а глава семьи щедро жертвовал на школьные нужды, хотя в последнее время его щедрость стала почти отчаянной. Сидоровы жили в старом доме на окраине. Мать-одиночка, работавшая в ночную смену, часто выглядела измотанной, а ее дочь внезапно получила дорогой планшет, происхождение которого она не могла объяснить.
Семья Кузнецовых казалась образцом благополучия. Идеальный ремонт, идеальные оценки их дочери, идеально подстриженный газон. Но соседи замечали, как поздно горел свет в кабинете отца, а по утрам под его глазами лежали темные тени. И, наконец, семья Воробьевых. Добродушный отец-водитель, мать-бухгалтер и двое детей. Самая обычная, непримечательная семья. Именно их нормальность на фоне остальных начинала казаться самой подозрительной.
Эти пять миров, соприкасавшихся лишь у школьных ворот, медленно, но верно сходились. Общей точкой стала подготовка к ежегодному благотворительному балу. Каждая семья была вовлечена в организацию, каждая преследовала свои, не всегда благородные цели. Ивановы стремились втереться в доверие, Петровы — отвлечь внимание от своих финансовых проблем, Сидоровы — скрыть источник внезапного дохода, Кузнецовы — поддержать безупречную репутацию, а Воробьевы… Воробьевы, казалось, просто хотели помочь.
Вечер бала стал кульминацией месяцев молчаливых сделок, скрытых угроз и невысказанных обвинений. А когда в полумраке украшенного зала обнаружилось тело, никто не мог сразу опознать жертву. Лицо было скрыто, а наряд не принадлежал никому из очевидных гостей. Но каждый из представителей тех самых пяти семей, бледнея, понимал одну вещь: тайна, связывавшая их последние месяцы, только что обрела имя. И это имя, еще не названное вслух, навсегда изменит жизни всех, кто был с ней связан.
